А у Ирана внутри, похоже, ощутимые проблемы. Конечно, наверняка подогреваемые по принципам оранжевых революций - но при наличии реальных предпосылок.
Впрочем, возможно, нынешним явным нажимом и неприкрытым наездом Штаты оказывают аятоллам даже "услугу по сплачиванию вокруг знамени".
От ноября 2019.
Из-за цен на бензин Иран охватили массовые протесты. Люди жгут заправки, дома и банки
// lenta.ru
Корни недовольства лежат глубже: в Иране уже долгие годы тяжелая экономическая ситуация. Согласно исследованиям, в 2016 году до 40 процентов жителей некоторых провинций жили за чертой бедности. Но даже тогда экономическая ситуация в стране была лучше, чем двумя годами позже.
Проблема прежде всего в нефтяном проклятии — черное золото является основой иранской экономики, поэтому любые колебания цен серьезно влияют на страну. Серьезной проблемой стало введение санкций США в мае 2018 года: Вашингтон установил полное эмбарго на экспорт иранской нефти после того, как американцы в одностороннем порядке объявили о выходе из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) — соглашения по иранской ядерной программе.
В результате рост ВВП Ирана в 2018 году снизился до 3,8 процента. Эксперты прогнозируют и дальнейшее снижение: к 2021 году рост ВВП может сократиться в два раза. Американские специалисты заявили, что из-за санкций Исламская Республика потеряла до 50 миллиардов долларов.
Еще одна серьезнейшая проблема страны — высокий уровень безработицы среди молодежи, который в 2019 году достиг 28 процентов. В целом иранцы испытывают большое экономическое давление из-за санкций, и для многих повышение цен стало последней каплей.
С одной стороны, лишь "сокращение роста" выглядит как-то совсем нестрашно. "Нашли чем пугать". С другой уровень безработицы, если про неё не врут - это уже весьма серьёзно и взрывоопасно.
А почему они-то цены на бензин подняли - я вообще не понимаю. Что там, настолько же борзые компании-экспортёры, как у нас, и им даже аятоллы не указ? Или с бюджетом совсем плохо?
Впрочем, протесты, связанные с тяжелой экономической ситуацией, для страны не в новинку: Иран переживал подобное на рубеже 2017-2018 годов. Тогда люди вышли на улицы со схожими лозунгами, требуя разобраться с внутренними делами, а уже потом концентрироваться на внешней политике.
Похожие настроения наблюдаются и сегодня. Люди недовольны тем, что режим Хаменеи тратит деньги на спонсирование внешних кампаний и укрепление своего влияния на Ближнем Востоке; постепенно требования реформ перешли в обвинения в адрес аятоллы — его призывают подать в отставку. «Не Газе и не Ливану — я жертвую свою жизнь Ирану», — такие лозунги слышны с самого начала протестов.
Наблюдая за ухудшающейся экономической ситуацией, Вашингтон ухмылялся: «иранские марионетки» вроде «Хезболлы» страдают от сокращения финансирования. Это не преувеличение — шиитское движение действительно объявляло о начале краудфандинговой кампании — предлагало помочь исламской революции материально. За месяц удалось собрать два миллиона долларов.
Но даже такой суммы было недостаточно, чтобы распространить исламскую революцию по миру. Специалисты утверждают, что некоторые группы внутри КСИР осуществляют крупномасштабную контрабанду нефти в соседние Ирак и Сирию — тоже своеобразный способ экспорта революции. Такие заявления сложно проверить, ведь операции КСИР засекречены (особенно те, что связаны с контрабандой нефти), однако настроения людей указывают на то, что эти утверждения близки к правде.
Экспорт взглядов, ради которого Тегеран продолжает бороться против Вашингтона и насаждать своих людей в правительствах и армиях других стран, не устраивает иранцев. Им хватило своей исламской революции, произошедшей 40 лет назад, — тогда прошлый аятолла Имам Хомейни пообещал, что экономическая ситуация в стране наладится, если иранцы пойдут за ним. Теперь люди на улицах кричат, что долги пора возвращать.
К примеру, в июле 2018 года агентам «Моссада» — политической разведки Израиля — удалось за 6,5 часа выкрасть полтонны секретных материалов, в основном касающихся ядерной программы. На основании содержавшихся там сведений Израиль посоветовал США «зарубить» СВПД. Американцы последовали совету.
Хм.
Так, законный наследник шаха Пехлеви, принц Реза, жестко критикует аятоллу и мог непосредственно повлиять на нынешние протесты. На своей странице в Twitter он писал: «Вы должны противостоять этому режиму, он предает историю и культуру иранского народа. Он стремится лишь распространять гнев и дискриминацию». И его слова, похоже, нашли отклик: нынешние акции действительно стали самыми крупными за последние годы. Если в 2017 году сообщалось о 25 погибших, то сейчас — как минимум о 106.
В то же время у иранских протестов есть и другая сторона медали: люди выходят и на проправительственные демонстрации, отметила в разговоре с «Лентой.ру» эксперт-иранист Полина Василенко. В некоторых провинциях они вышли на улицы, чтобы поддержать аятоллу, и скандировали: «Протесты — право человека, волнения — проделки врагов».
«Аятоллу уважают не только благодаря революции, но и благодаря тому, что с 70-х годов экономическая ситуация все же улучшилась. Однако люди справедливо боятся того, что цены на продукты вырастут из-за повышения цен на нефть: страна не справляется с западными санкциями», — объяснила эксперт.
И пусть во время нынешних демонстраций слышатся возгласы с требованиями уничтожить Хаменеи, люди все же не хотят повторения 1979-го: еще живы те, кто застал постреволюционное разорение.
«Людям хочется экономических перемен, хочется безопасности. Они скорее пытаются донести это до текущей власти, а не найти новую, тем более что очевидных альтернатив нет. Все-таки страх перед неизведанным сильнее», — считает Василенко. Эксперт добавляет, что попытки Вашингтона внести раздрай в общество скорее объединяют иранцев: в частности, они очень болезненно отреагировали на то, что США внесли КСИР в список террористических организаций.