Недавние бибиси о нарастающем в Польше недовольстве украинскими беженцами. Ну, очевидно, результаты президентских выборов - следствие в том числе и этого вот.
«Нас раздражают их флаги». Правда ли, что поляки разлюбили украинцев, и насколько серьезны разногласия
После вспышки любви к украинцам в начале 2022 польское общество возвращается к прозе жизни. Социологические исследования показывают, что отношение поляков к украинцам на протяжении последних полутора-двух лет ухудшается. Об этом говорят не только опросы, но и сами украинцы, живущие в Польше.
...
«Если честно, то взрослые украинцы в Польше тоже чувствуют себя неполноценными. На каждом шагу мы слышим „Wypierdalaj" [„Убирайся!"], на каждом шагу нас посылают на фронт — причем независимо от того, какого мы пола и сколько нам лет. На каждом шагу бывают такие ситуации, и в такие моменты ты просто впадаешь в ступор, ты не знаешь, что делать. Ты ведь не дома, ты не у себя. И в эти моменты ты действительно чувствуешь себя неполноценным», — рассказывает Татьяна.
Практически каждый украинец, с которым мы общаемся на улицах Варшавы — таксист или уборщица в гостинице, журналистка или официант — соглашаются с тем, что отношение поляков к вынужденно переехавшим в их страну соседям из-за восточной границы на протяжении последнего года-двух заметно изменилось в худшую сторону.
И речь не только об оскорбительных выкриках на улицах, недовольных замечаниях о том, что не надо в Польше разговаривать на украинском языке или шутках вроде «паркуешься ты, как украинец».
Журналистка и преподавательница Vistula University Елена Бабакова, которая живет в Варшаве уже 16 лет, говорит, что в жизнь украинцев в Польше приходят такие явления, как отказ сдавать квартиру со стороны польских арендодателей — особенно болезненный для одиноких женщин с детьми, составляющих значительную часть украинской общины в Польше.
По-настоящему массовой проблемой стал буллинг украинских детей в польских школах. Та же Татьяна, которая в Варшаве работает в основном с детьми украинского происхождения, говорит, что, по ее опыту, с травлей той или иной степени интенсивности в польской школе сталкиваются примерно двое из трех маленьких украинцев.
«Отдельная проблема — это то, что люди очень редко хотят говорить о таком опыте вслух, не то что на камеру. Кто-то считает, что это может плохо повлиять на их легальный статус в Польше. Кто-то этот страх даже рационализирует: мол, конечно, ситуация обидная, не так это все должно было бы быть, но что поделать, мы же тут в гостях», — рассказывает Бабакова.
Изменения, которые чувствуют украинцы, тем более заметны на контрасте с ситуацией трехлетней давности.
Масштабы стихийно возникшего движения удивляли даже самих поляков, не говоря уже о западных наблюдателях. Тогдашний посол США в Варшаве Марк Бжезинский заявлял, что отношение польского общества к украинским беженцам показывает, что Польша является настоящей гуманитарной супердержавой.
Результаты соцопроса, проведенного варшавским центром CBOS в начале 2023 года, показали, что 51% жителей Польши заявляют о симпатии к украинцам, а антипатию к ним испытывают лишь 17% поляков.
«Невозможно было ожидать, что такое состояние огромных позитивных эмоций, вызванное шоком ... могло продолжаться годами, — считает заместитель директора варшавского Центра Мерошевского Лукаш Адамский. — Оно могло продолжаться несколько недель, максимум несколько месяцев. А потом процессы, заложенные в людской сущности, берут свое, и ситуация возвращается к более рациональному подходу».
Исследование CBOS от февраля 2025 года показывает: число поляков, которые открыто говорят социологам об антипатии к украинцам, составило 38% и впервые за много лет превысило число тех, кто продолжает испытывать к ним симпатию — 30%.
Профессор-социолог из краковского университета UKEN Петр Длугош видит главную причину изменений в том, что приезд сотен тысяч украинцев заставил поляков почувствовать дыхание конкуренции за ресурсы — в широком смысле слова.
Украинцы, бежавшие от войны, часто готовы работать за меньшие деньги и в некоторых сегментах экономики создают давление на рынок труда. Приезд в Польшу сотен тысяч новых жителей закономерно привел к росту цен на аренду жилья — в первую очередь, в крупных городах, куда устремились беженцы. Польские системы здравоохранения или образования, которые и до того были не в идеальном состоянии, тоже должны были принять сотни тысяч людей — и это сказалось на качестве работы, что не осталось незамеченным поляками.
Немало поляков заявляют об усталости от войны, в которой страна участвует опосредованно. Дорожают товары, повышаются тарифы — и политики объясняют это войной в Украине. Зачастую они правы.
СМИ рассказывают о том, что Польша рискует стать следующей жертвой российской агрессии, поэтому армию нужно наращивать и перевооружать, а для взрослых граждан, возможно, вводить обязательную общевойсковую подготовку — и все это не добавляет среднестатистическому поляку уверенности в завтрашнем дне.
Срабатывает психологический механизм
«Возможно, что [поляки] подсознательно обвиняют украинцев за то, что война длится так долго», — говорится в исследовании профессора Длугоша.
«Неправильные» беженцы
Как говорит Длугош, его исследования и работы украинских коллег показали, что весомую часть приехавших из Украины беженцев составляют представительницы среднего класса — молодые, образованные жители больших городов. Те, кто победнее, по его словам, в основном остались в Украине или уехали из Польши дальше на запад — в страны, которые предлагали украинским беженцам более значительный соцпакет.
Такие беженцы — не нуждающиеся в помощи польского государства, готовые снять хорошую квартиру, купить телефон последней модели — не похожи на беженцев из новостей о событиях в Сирии или Афганистане.
«Понятное дело, что речь тут идет не обо всех украинцах, но раньше среднестатистическому поляку нужно было выехать на Запад, чтобы увидеть людей, которые живут богато, — рассуждает Длугош. — А сейчас не надо никуда выезжать — такие люди сами сюда приехали. И, что хуже всего, они приехали из Украины — не из Германии, Голландии или Великобритании, потому что тогда они бы такого диссонанса не вызвали. Это приехали украинцы, которых поляки всегда трактовали свысока, потому что „всем же известно, что в Украине хуже", „там бедно" и так далее. А тут вдруг оказалось, что оттуда приехали люди с высоким уровнем жизни, с высоким уровнем культуры».
Негативное отношение к украинцам со стороны менее обеспеченных поляков, а именно в этой группе оно фиксируется чаще всего, социолог предлагает воспринимать в качестве защитного механизма.
С другой стороны, исследователи из Варшавского университета, которые также фиксируют значительное ухудшение отношения поляков к украинским беженцам, называют его главной причиной roszczeniowosc украинских беженцев. Это польское слово трудно перевести — речь идет о чем-то среднем между требовательностью и претенциозностью.
Профессор Роберт Станишевский, который руководит серией этих исследований, рассказывал об этом в интервью TOK FM. По его словам, респонденты рассказывают, что украинцы, с которыми они общаются, якобы утверждают, что им в Польше причитается больше ресурсов, помощи и уважения, чем самим полякам.
«Появляется нарратив, что мы, мол, воюем не за территориальную целостность Украины, а за свободу Польши — даже больше за вас, чем за нас. И говорят это люди, которые пребывают в Польше, которые не воюют — в большинстве это молодежь и женщины», — передает он слова участников исследования. По его словам, полякам такая позиция украинцев не нравится.
...
Первое крупное недоразумение между государствами возникло в ноябре 2022 года, когда на польское село Пшеводув вблизи границы с Украиной упала ракета.
Погибли двое местных жителей. Украинские власти заявили, что это была российская атака, но следствие показало, что на Пшеводув упала украинская ракета ПВО
Варшава тогда заявила, что не собирается обвинять Киев в случившемся, а Украина так и не признала своей ответственности за инцидент.
«Украина ожидала, что мы в Польше признаем, что это была российская ракета, НАТО оказалось под атакой — и это поможет Украине, — считает политолог Адамский. — Это сильно охладило отношение польской элиты к Украине».
Чаще всего сталкиваются с негативным отношением две большие группы украинцев, которые живут в Польше.
Первая — те, кто по рабочим обязанностям контактируют с большим числом людей: прежде всего, представители сферы услуг, на которых проще всего сорвать злость просто за то, что человек говорит по-польски с акцентом или у него на бейджике украинское имя.
Подобные истории случаются не только с теми украинцами, которые работают на низкооплачиваемых работах, говорит Панченко: «Одна врач-стоматолог рассказывала мне о клиентах, которые лечили у нее зубы 10 лет, а недавно сказали, что больше к ней ходить не будут, потому что она украинка… Этот случай только подтверждает, что люди в этом отношении часто просто не мыслят рационально».
Профессор Длугош допускает, что антипатия к украинцам преобладает во всех демографических группах Польши. Тем не менее, есть две из них, на которые исследователи советуют обратить особое внимание.
Первая — бедные поляки. Они склонны обвинять украинцев в собственных жизненных неурядицах, считают, что польское государство должно помогать в первую очередь им, или даже завидуют украинцам, которые приехали из страны, охваченной войной, а чувствуют себя зачастую лучше, чем местные.
Вторая группа — как ни парадоксально, молодые женщины до 29 лет. Профессор Станишевский из Варшавского университета отмечает, что именно девушки без высшего образования заявляют об антипатии к украинцам вдвое чаще, чем общая масса поляков.
Бытует версия о том, что дело в конкуренции между молодыми украинками и польками за мужчин. Длугош же считает, что дело действительно в конкуренции, но не за мужчин, а за жилье и за рабочие места, ведь польские девушки и раньше были самой уязвимой категорией на рынке труда.
В анонимном анкетировании, которое профессор провел среди студенток своего вуза, указывали и другие причины, по которым польские девушки прохладно относятся к украинкам. Например, студентки, которые подрабатывали продавщицами, жаловались на хамство украинских покупателей, а другие выражали недоумение по поводу того, что украинская мать может наорать на своего ребенка и отшлепать его прямо на улице. А еще польские девушки, судя по анкетам, не в восторге от манер некоторых украинских парней.
Профессор Станишевский в разговоре с TOK FM назвал это «эффектом салона красоты» — именно там, по мнению социолога, чаще всего происходят конфликты между представительницами украинской и польской национальностей.
А еще молодые поляки проводят больше времени в интернете, который наши собеседники называют бездонным и бесконтрольным кладезем антиукраинских месседжей.
Сегодня с хейтом по отношению к украинцам можно встретиться буквально везде — в любой соцсети, в комментариях на спортивных сайтах и под новостями на любые темы.
«Наверно, у каждого поляка есть знакомый, у которого есть знакомый, который своими глазами видел, как украинская мама с ребенком зашла к врачу без очереди, потому что она же украинка, ей все должны», — рассказывает один из моих собеседников.
Часть таких мифов приобретают масштаб сложных конспирологических теорий. Иногда, как говорит Панковский, они имеют одновременно антиукраинский и антисемитский характер. К ним можно отнести концепцию «Укрополина» — соединение «Украины» и «Полины», названия Польши на иврите. Согласно распространенной в ультраправых кругах теории, существует некий украинско-еврейский-немецкий заговор, ставящий целью захват власти в Польше.
Еще более экзотичная конспирологическая теория — «Небесный Иерусалим». «Согласно ей, за планом войны в Украине стоят евреи, которые запланировали перемещение части украинского населения в Польшу, и создание в Польше „Укрополина". А на освободившихся территориях юго-восточной Украины планируется создать второе еврейское государство под названием „Небесный Иерусалим"», — рассказывает Панковский.

Это сообщение редактировалось 03.06.2025 в 23:51