Флуд и флейм по спецоперации на Украине

"Вернуть Россию". У США есть лишь один способ остановить ее дрейф от Запада (Responsible Statecraft, США)

Можно ли вернуть Россию на Запад, который превратился для нее либо в абстракцию, либо — в лице ЕС — в непримиримого врага? — спрашивает автор статьи в RS... | 20.02.2026, ИноСМИ //  inosmi.ru

 

..Самым прозападным поколением в России были те, кто взрослел в девяностые — сразу после распада СССР. Миллениалы и поколение X тогда искренне верили в горбачевскую мечту о единой Европе "от Лиссабона до Владивостока". Они считали Россию не просто частью Европы, а страной, обреченной на вхождение в ее политические структуры, вплоть до евроатлантических. 30 лет спустя эти надежды для нынешней молодежи — звук пустой. Те, кто взрослел в эпоху тотальной конфронтации, этого языка просто не понимают.
Европа для них перестала быть путеводной звездой. Она превратилась либо в абстракцию, либо — уж точно в лице Евросоюза — в непримиримого врага.
Принципиально иное: Запад больше не монополист. Россияне — не по зову сердца, а по нужде — в гигантских масштабах развернулись к Китаю и другим незападным партнерам. Да, немецкий автопром по-прежнему котируется у обеспеченных, но масс-маркет уже давно и прочно занят китайцами. То же самое в индустрии и бизнесе: западные фирмы ушли в 2022-м, и на их место тут же пришли российские и незападные инвесторы.Все это, вопреки пророчествам новоявленных "евразийцев", вовсе не означает, что Россия перестала быть частью Европы. Это не первый и не последний случай, когда Россия в ответ на геополитическое давление надевает личину "чужой" для Запада — явление, гениально запечатленное Александром Блоком в стихотворении "Скифы".Но идентичность — субстанция текучая. То, что начиналось как игра, при достаточном упорстве может стать реальностью. И сегодня в России стало, как ни странно, модно искать в себе то, что отличает от Европы, подчеркивать свою "особость". Да, пока это лишь политические лозунги, а не глубинная цивилизационная пропасть. Но эффект один: они цементируют геополитический раскол, возникший еще после Евромайдана-2014.
Россия — европейская страна, которая стала чужой для своих же соседей. И это затяжное отчуждение меняет ее — причем так, что Западу это не сулит ничего хорошего.
К этим тектоническим сдвигам добавилась и экономическая модель Кремля — военное кейнсианство, замешанное на гигантских вливаниях в оборонку и щедрых "подъемных" для тех, кто идет на контракт. Все вместе это придало российской жизни новый вектор, новую осмысленность. На Западе этого часто не замечают, а зря.

 

Конфронтация между Россией и Западом — это в первую очередь стратегический вызов, и решать его необходимо именно на языке безопасности. Но задача США — не просто завершить боевые действия, а сделать это так, чтобы развернуть вектор движения России, остановить ее дрейф от Запада и открыть дверь для будущих форм сотрудничества.
Креатив в экономике — мощнейшее оружие США для достижения этой цели.